Дон Жуан, или Наказанный развратник

Для дальнейшей работы сайта требуются средства на оплату хостинга и домена. Если вам нравится проект, поддержите материально.

Дон Жуан, молодой кавалер, крайне распутный баритон Дон Оттавио тенор Донна Анна, его невеста сопрано Командор, её отец бас Донна Эльвира, дама из Бургоса, покинутая Дон Жуаном сопрано Лепорелло, слуга Дон Жуана бас Мазетто, крестьянин бас Церлина, крестьянка, его невеста сопрано Крестьяне, крестьянки, музыканты, танцоры и танцовщицы, слуги.

Действие происходит в Севилье Испания в середине XVII века.

День и ночь изволь служить, никогда не отдыхать, зной и холод выносить, плохо есть и мало спать! Стать я барином желаю, не хочу я быть слугой, не хочу я быть слугой, нет, нет, нет, нет, нет, не хочу я быть слугой! Ишь, какой хозяин ловкий, сам с красоткой на свиданье, а слуге одно страданье, а слуге одно страданье! Стать я барином желаю, не хочу я быть слугой, нет, нет, нет, нет, нет, не хочу я быть слугой, нет, нет, нет, нет, нет, не хочу я быть слугой! Вот идут! Мне скрыться надо; вот идут, мне скрыться надо, чтоб не видел кто другой, да, чтоб не видел кто другой, чтоб не видел кто другой, да, да, да, да, да, чтоб не видел кто другой!

(Услышав шум, Лепорелло прячется. Из дома выбегает Дон Жуан, преследуемый Донной Анной.)

Не надейся, всё напрасно: я не дам тебе бежать!

Мне угрозы не опасны, — трудно вам меня узнать!

(про себя) Мы погибли, теперь мне ясно, — натворил беды опять!

Не надейся, всё напрасно: я не дам тебе бежать!

Мне угрозы не опасны, — трудно вам меня узнать!

Слуги, в сад ко мне спешите!

Умоляю вас — молчите!

(про себя) Сам погибнет мой разбойник, и погубит он меня!

Знай, что в гневе я опасна, я могу тебя убить. Знай, что в гневе я опасна, я сама убью тебя.

Эта женщина прекрасна, как таких нам не любить! Эта женщина прекрасна, я готов сгореть, любя.

(про себя) Мы погибли, теперь мне ясно! Сам погибнет мой разбойник, и погубит он меня!

(про себя) Сам погибнет мой разбойник, и погубит он меня!

Знай, что в гневе я опасна, я могу тебя убить. Знай, что в гневе я опасна, я сама убью тебя.

Эта женщина прекрасна, как таких нам не любить! Эта женщина прекрасна, я готов сгореть, любя.

(про себя) Мы погибли, теперь мне ясно! Сам погибнет мой разбойник, и погубит он меня!

(Выходит Командор со шпагой и фонарём. Донна Анна оставляет Дон Жуана и возвращается в дом.)

(к Дон Жуану) Жажду я мести, — бейся со мною!

Нет, много чести — ты стар для боя.

Иль убегаешь ты от меня?

(про себя) Весь век страдаешь, судьбу кляня!

(к Командору) Нет, много чести, нет!

Иль убегаешь ты от меня?

(про себя) Весь век страдаешь, судьбу кляня!

(к Командору) Жаль тебя! Жаль тебя!

(Наступает на Дон Жуана. Тот вынужден обнажить шпагу.)

Коль ждешь ты смерти, то вот она!

(Они бьются на шпагах. Командор падает, смертельно раненный.)

Ах, на помощь! Ах, скорее! Я убит рукой злодея. Кровь идёт, и я немею, гаснет жизнь в груди моей.

(про себя) Как жестоко! Как ужасно! здесь погиб ужасно, голове моей не ясно. Сердце бьётся всё сильней!

Он не ждал, вояка старый, шпаги меткого удара, и за смелую затею жизнью платит он своей.

(Месяц совсем скрывается за облаками. Дон Жуан подходит к Командору и, убедившись, что он мёртв, тихо окликает Лепорелло. Весь разговор идёт вполголоса.)

Лепорелло, ты где?

Синьор, я здесь, к несчастью. А вы?

Убиты вы иль старец?

Что ты глупости мелешь! Подумай!

Браво! Ловко вы обернулись — прельщая дочь, расправились вы с папашей!

Получил, что хотел он.

Ну, а дочка чего хотела?

Хватит! Не прекословь! ! Или хочешь — тебя проучу.

(поднимая с земли фонарь и плащ) Ничего не хочу, молчу, молчу!

(Дон Жуан и Лепорелло скрываются. Из дома выходят Донна Анна, Дон Оттавио и слуги с факелами.)

Ах! Отцу грозит гибель! Все на помощь к нему!

(обнажая шпагу) Кровью своею заплачу, если надо. Где же тот оскорбитель?

(Замечает лежащий на земле труп Командора.)

Но что там? Боже мой! Как всё это ужасно. Глазам не верю! Отец мой ненаглядный! О дорогой мой!

(Падает на труп отца. Дон Оттавио склоняется над убитым. Одни слуги бегут в дом за доктором, другие держат факелы, освещая всю группу.)

Подлым убийцей был он сражён! В крови он. Вот и рана. Как страшно! Бледностью смертной всё лицо покрыто! Не дышит он уже! Он стал холодным! Ах, отец мой, ненаглядный, нежно любимый! Мне тяжко. Мне дурно.

(Теряет сознание. Дон Оттавио относит её на скамью и старается привести в чувство.)

Быстро, друзья, на помощь моей невесте! Воды сюда несите мне привести её в чувство.

(Двое слуг уходят.)

Нельзя нам медлить. О друг мой! Донна Анна! Невеста. Очнитесь. Сносить несчастье нет больше сил у бедняжки!

(Слуги возвращаются с носилками и бережно укладывают на них убитого.)

(приходя в себя) Ах!

Вот очнулась. Дайте глоток воды ей.

Эй, слуги, скорей отсюда унесите хладный труп Командора!

(Носилки с трупом Командора уносят.)

Анна, бедняжка! Утешься же! Опомнись!

Ах, отойдите, скройтесь! Дай умереть мне, боже, дай мне погибнуть тоже с моим родным отцом!

Мне вы в глаза взгляните, ведь вы теперь со мною, я ваш навек душою, живу для вас одной!

Ты здесь. прости, мой милый. Но я так тяжко страдаю. А где же мой отец?

Отец твой. О, не будем, горе давай забудем! Жених твой заменит отца.

Ах, отец мой, отец мой, нет его!

О, не будем, горе давай забудем! Жених твой заменит, жених твой заменит отца.

О, поклянись мне честью мстить за родную кровь!

Клянусь я, клянусь я! Живу отныне местью, порукой моя любовь!

Сурова клятва наша, час нашей клятвы страшен! И гнев, и боль, и горе в сердце моём кипят! И гнев, и боль, и горе в сердце моём кипят!

Повтори ты клятву мщенья!

Клянусь я! Обиду кровью я смыть буду рад!

Сурова клятва наша, час нашей клятвы страшен! И гнев, и боль, и горе в сердце моём кипят! И гнев, и боль, и горе в сердце моём кипят, в сердце моём кипят!

Ну, что? Что тебе надо, — говори!

Есть дело у меня, и это важно.

Важней не может быть!

Ну, конечно! Так в чём оно?

Клянитесь, что гневаться не будете.

Клянусь моею честью. Не говори мне лишь о Командоре.

Никто не слышит?

Могу ли с вами быть, синьор, откровенным?

(на ухо Дон Жуану, но громко) Вот что вам я скажу: вам же добра желая, скажу, что вы ведёте жизнь негодяя.

Как ты смеешь? Что за дерзость!

Замолчи сейчас же, бесстыдник, или смотри.

Молчу, молчу, даже не дышу я!

Вот будет лучше! Теперь послушай. Знаешь, зачем я здесь?

Откуда знать мне! Но с каждым новым утром новой страстью ваше сердце пылает. Это знать мне для списка не мешает.

А ты догадлив, брат! Дамой одною, скажу тебе, я увлечён безмерно. И любим я взаимно. Я с нею говорил. И нынче ночью она станет моей. Тише, я чую, что близко женщина.

И верно! Вот чутьё, беспримерно!

И, кажется, красива.

Что за острое зренье!

в сторонку, чтоб её рассмотреть!

(про себя) Опять увлёкся!

(В конце бульвара появляется закутанная в мантилью Донна Эльвира. Дон Жуан и Лепорелло прячутся за дерево.)

Ах, если б мне сказали, где подлый человек! Ведь им, к своей печали, пленилась я навек. Ах, если он найдётся, месть в сердце я таю. В ответе быть придётся за мой позор ему.

(к Лепорелло; тихо) Ты слышишь, ведь бедняжку поклонник, видно, бросил.

В ответе быть придётся за мой позор ему.

(к Лепорелло; тихо) Ах, бедняжка! Ах, бедняжка!

Я в сердце месть таю, да, я в сердце месть таю.

(к Лепорелло; тихо) Хочу я облегчить её мученья.

(про себя) Уж тысяче таких он принёс облегченье.

Таю я в сердце месть, таю я месть.

(к Лепорелло; тихо) Хочу я облегчить её мученья.

(про себя) Уж тысяче таких он принёс облегченье.

Таю я в сердце месть, таю я месть.

(Дон Жуан выступает дерева и кланяется Донне Эльвире.)

Синьорина! Я осмелюсь.

(про себя) Небо, что вижу!

(про себя) Ведь это Донна Эльвира!

Дон Жуан! Ты здесь! Низкий хитрец, наглый обманщик!

(про себя) Лестные комплименты! Видно, с ним она хорошо знакома!

Я вас прошу, синьора, немного успокоиться. Извольте лишь выслушать меня.

Твоим делам не нужны объясненья. В мой скромный дом ты тайно, как вор, прокрался, своим искусством, притворной клятвой ты меня отуманил, ты разбил моё сердце, обольститель жестокий! Обещал мне жениться, потом сбежал ты, попирая и чувства, и законы. Как коварный обманщик, через три дня из Бургоса ты скрылся, меня бросив позорно. Меня ты бросил одну в слезах и в горе; безумно я тогда тебя любила.

(про себя) Говорит — словно пишет!

(обнимая Донну Эльвиру) На это всё имел я свои причины.

(к Лепорелло) Не правда ль?

(с иронией) Конечно. И важные причины!

Они известны, — то ветреность твоя и врождённое лукавство. Самой судьбе угодно, чтоб отомстила я тебе за всё твоё коварство.

Надо быть вам благоразумнее.

(про себя) Разделаться с ней не легко.

(к донне Эльвире) Коль мне не верите вы, донна, поверьте этому синьору.

(про себя) Вот так ловко!

(к Лепорелло) Скажи всю правду.

(к Дон Жуану; тихо) Но что же ей скажу я?

Ну да, всё расскажи ей.

(Незаметно от донны Эльвиры скрывается.)

(к Лепорелло) Скажи скорее!

Синьора. Согласитесь со мной, как с другом. Ведь с давних пор наш мир таков, что в нём квадрат не станет кругом.

Что за дерзость! Ужель над горем ты вздумал смеяться?

(к Дон Жуану, думая, что он ещё здесь) А вы. Небо! Злодей убежал! Что делать мне?

(к Лепорелло) Где он? Ты не видел?

Эх, оставьте, синьора! Право, о нём вам и вспоминать не стоит.

Меня он бросил, обманул, изменил.

Эх, откажитесь вы! Вы у него и были ведь уж не первой, не последней и будете.

Взгляните: этот вот длинный список, в нём имена обольщённых им красавиц. Все столицы, города и даже деревни объездил он, всюду имел романы.

(Донна Эльвира садится на каменную скамью на бульваре.)

Вот, извольте! Этот список красавиц я для вас, так я быть, уж открою, он записан моею рукою; вот, глядите, следите за мной! Вот, глядите, следите за мной! Их в Италии шестьсот было сорок, а в Германии двести и тридцать, сотня француженок, турчанок девяносто, ну, а испанок — а испанок, так тысяча три. Тысяча три! Тысяча три! Между ними есть крестьянки, есть мещанки, есть дворянки, есть графини, баронессы, есть маркизы и принцессы, — словом, дамы всех сословий, всех примет и всяких лет. Итальянок шестьсот было сорок, немок было две сотни и тридцать, сотня француженок, турчанок девяносто, ну, а наших испанок, а испанок так тысяча три! Тысяча три! Тысяча три! Между ними есть крестьянки, есть мещанки, есть дворянки, есть графини, баронессы, есть маркизы и принцессы, — словом, дамы всех сословий, всех примет и всяких лет, словом, дамы всех сословий, всех примет и всяких лет! Он в блондинке ценит скромность, тихий нрав и безмятежность, а в брюнетке — страсть и томность, в — мягкость, нежность. Он зимою любит полных, летом — тоненьких и томных. Величавых обожает, величавых обожает, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным, миньятюрным он цену знает. И старушек не обходит, их с ума он, бедных, сводит. Но хоть старых он и губит, молодых всё ж больше любит. И богата ли, бедна ли, глуповата ли, умна ли — вы ведь это испытали — не минует рук его, не минует рук его, вы ведь это испытали — не минует рук его, не минует рук его.

Так надо мною снова надсмеялся изменник! И вот награда за любовь и за все мои страданья! Но отомстить злодею за себя я должна. Скрыться не сможет от меня он, коварный. Одно лишь чувство наполняет моё сердце — чувство гнева!

Наша молодость к нам не вернётся, она не вернётся, даром время терять нам нельзя, терять нам нельзя! Если сердце любовью забьётся, любовью забьётся, поступайте вы так же, как я! , , для любви наступает пора!

(танцуя) , ! Для любви наступает пора, , лера, , лера!

(к крестьянам) Молодые, вы все так легки на подъём, молодые! Не советую время терять , ! Коротка наша молодость, коротки дни золотые, но приходят для каждого парня женитьбы года. , , для любви наступает пора!

, ! Для любви наступает пора, , лера, , лера!

Все мы будем, друзья, веселиться, будем петь, и плясать, и резвиться. Все мы будем, друзья, веселиться, для любви наступает пора. , , для любви наступает пора!

, ! То любви золотая пора, , лера, ля-, лера!

(Появляются Дон Жуан и Лепорелло.)

(к Лепорелло) Увильнул я удачно!

, смотри, какое множество девиц красивых!

Так много, что не счесть! А, пожалуй, и мне тут есть!

(к крестьянам) Добрый день вам желаю! Вас, друзья, прошу я не стесняться — веселиться, и петь, и забавляться! Видно, здесь нынче свадьба?

И невеста перед вами, синьор!

Рад вас поздравить! Жених где?

К вашим услугам.

О, браво! По манерам сразу в нём узнаю я дворянина!

Да, он в мужья годится.

О, мой Мазетто — он так добросердечен!

Я сам такой же! Будемте же друзьями!

(к Церлине) Как ваше имя?

(к Мазетто) А ваше?

Мой дорогой Мазетто, милый мой друг Церлина! Вам дарю своё расположенье.

(Замечает, что Лепорелло заигрывает с девушками. Одна из них вскрикивает.)

Лепорелло! К дамам питай уваженье!

Но, вам же подражая, я красавиц вниманьем окружаю.

Ты возьми их с собой и отведи поскорей ко мне на виллу. Там, как хозяин, гостей ты примешь, подашь им угощенье: бисквит, вино и фрукты. Пусть в саду погуляют и потанцуют под музыку. И всё это сделать рад я для друга, для Мазетто. Понял всё ты?