Красивые стихотворения русских поэтов классиков о Москве для детей.
Чахнет старая церквушка, В облака закинув крест. И забольная кукушка Не летит с печальных мест.
По тебе ль, моей сторонке, В половодье каждый год С подожочка и котомки Богомольный льется пот.
Лица пыльны, загорелы, Веко выглодала даль, И впилась в худое тело Спаса кроткого печаль.
Царю Петру и вам, о царь, хвала! Но выше вас, цари, колокола. Пока они гремят из синевы - Неоспоримо первенство Москвы.
И целых сорок сороков церквей Смеются над гордынею царей!
Были годы тяжелых бедствий, Годы буйных, безумных сил. Вспомнил я деревенское детство, Вспомнил я деревенскую синь.
Не искал я ни славы, ни покоя, Я с тщетой этой славы знаком. А сейчас, как глаза закрою, Вижу только родительский дом.
Вижу сад в голубых накрапах, Тихо август прилег ко плетню. Держат липы в зеленых лапах Птичий гомон и щебетню.
Я любил этот дом деревянный, В бревнах теплилась грозная морщь, Наша печь как-то дико и странно Завывала в дождливую ночь.
Голос громкий и всхлипень зычный, Как о ком-то погибшем, живом. Что он видел, верблюд кирпичный, В завывании дождевом?
Видно, видел он дальние страны, Сон другой и цветущей поры, Золотые пески Афганистана И стеклянную хмарь Бухары.
Ах, и я эти страны знаю — Сам немалый прошел там путь. Только ближе к родимому краю Мне б хотелось теперь повернуть.
Но угасла та нежная дрема, Все истлело в дыму голубом. Мир тебе — полевая солома, Мир тебе — деревянный дом!
Я не знаю, что там она делала,- Видно, паспорт пришла получать - Молодая, красивая, белая… И решил я ее разыскать.
Шел за ней — и запомнил парадное. Что сказать ей? — ведь я ж — хулиган… Выпил я — и позвал ненаглядную В привокзальный один ресторан.
Ну а ей улыбались прохожие - Мне хоть просто кричи «Караул!» - Одному человеку по роже я Дал за то, что он ей подморгнул.
Я икрою ей булки намазывал, Деньги прямо рекою текли,- Я ж такие ей песни заказывал! А в конце заказал — «Журавли».
Обещанья я ей до утра давал, Повторял что-то вновь ей и вновь: «Я ж пять дней никого не обкрадывал, Моя с первого взгляда любовь!»
Говорил я, что жизнь потеряна, Я сморкался и плакал в кашне,- А она мне сказала: «Я верю вам - И отдамся по сходной цене».
Я ударил ее, птицу белую,- Закипела горячая кровь: Понял я, что в милиции делала Моя с первого взгляда любовь…
Град, что строил Долгорукий Посреди глухих лесов, Вознесли любовно внуки Выше прочих городов!
Здесь Иван Васильич Третий Иго рабства раздробил, Здесь, за длинный ряд столетий, Был источник наших сил.
Здесь нашла свою препону Поляков надменных рать; Здесь пришлось Наполеону Зыбкость счастья разгадать.
Здесь как было, так и ныне – Сердце всей Руси святой, Здесь стоят ее святыни За кремлевскою стеной!
Здесь пути перекрестились Ото всех шести морей, Здесь великие учились – Верить родине своей!
Расширяясь, возрастая, Вся в дворцах и вся в садах, Ты стоишь, Москва святая, На своих семи холмах.
Ты стоишь, сияя златом Необъятных куполов, Над Востоком и Закатом Зыбля зов колоколов!
Пешеходы твои - люди невеликие, Каблуками стучат - по делам спешат. Ах, Арбат, мой Арбат, Ты - моя религия, Мостовые твои подо мной лежат.
От любови твоей вовсе не излечишься, Сорок тысяч других мостовых любя. Ах, Арбат, мой Арбат, Ты - мое отечество, Никогда до конца не пройти тебя.
Клеймо позорит плечи, За голенищем нож. Издалека-далече Ты все же позовешь.
На каторжные клейма, На всякую болесть - Младенец Пантелеймон У нас, целитель, есть.
А вон за тою дверцей, Куда народ валит, - Там Иверское сердце Червонное горит.
И льется аллилуйя На смуглые поля. Я в грудь тебя целую, Московская земля!
Холодок бежит за ворот, Шум на улицах сильней. С добрым утром, милый город, Сердце Родины моей!
Кипучая, Могучая, Никем непобедимая Страна моя, Москва моя, — Ты самая любимая!
Солнце майское, светлее Небо синее освети. Чтоб до вышки мавзолея Нашу радость донести.
Чтобы ярче заблистали Наши лозунги побед, Чтобы руку поднял Сталин, Посылая нам привет.
Разгорелся день веселый, Морем улицы шумят, Из открытых окон школы Слышны крики октябрят.
Май течет рекой нарядной По широкой мостовой, Льется песней необъятной Над красавицей Москвой.
День уходит, и прохлада Освежает и бодрит. Отдохнувши от парада, Город праздничный гудит.
Вот когда встречаться парам! Говорлива и жива, По садам и по бульварам Растекается Москва.
Стала ночь на день похожей, Море света над толпой. Эй, товарищ! Эй, прохожий, С нами вместе песню пой!
Погляди! Поет и пляшет Вся Советская страна. Нет тебя светлей и краше, Наша красная весна!
Голубой рассвет глядится В тишину Москвы-реки, И поют ночные птицы — Паровозные гудки.
Бьют часы Кремлевской башни, Гаснут звезды, тает тень. До свиданья, день вчерашний, Здравствуй, новый, светлый день!
Какими думами украшен Сей холм давнишних стен и башен, Бойниц, соборов и палат! Здесь наших бед и нашей славы Хранится повесть! Эти главы Святым сиянием горят! О! проклят будь, кто потревожит Великолепье старины; Кто на нее печать наложит Мимоходящей новизны! Сюда! на дело песнопений, Поэты наши! Для стихов В Москве ищите русских слов, Своенародных вдохновений!
В колокольный я, во червонный день Иоанна родилась Богослова. Дом - пряник, а вокруг плетень И церковки златоголовые.
И любила же, любила же я первый звон, Как монашки потекут к обедне, Вой в печке, и жаркий сон, И знахарку с двора соседнего.
Провожай же меня весь московский сброд, Юродивый, воровской, хлыстовский! Поп, крепче позаткни мне рот Колокольной землей московскою!
У горячих станков и орудий, В нескончаемой лютой борьбе О тебе беспокоятся люди, Пишут письма друзьям о тебе. И врагу никогда не добиться, Чтоб склонилась твоя голова, Дорогая моя столица, Золотая моя Москва!
По церковке - всe сорок сороков, И реющих над ними голубков.
И Спасские - с цветами - ворота, Где шапка православного снята.
Часовню звездную - приют от зол - Где вытертый от поцелуев - пол.
Пятисоборный несравненный круг Прими, мой древний, вдохновенный друг.
К Нечаянныя Радости в саду Я гостя чужеземного сведу.
Червонные возблещут купола, Бессонные взгремят колокола,
И на тебя с багряных облаков Уронит Богородица покров,
И встанешь ты, исполнен дивных сил. Ты не раскаешься, что ты меня любил.