«Мы оппортунисты в хорошем смысле этого слова»

Пять лет назад АФК «Система» объявила, что корпорация начинает трансформацию в инвестиционную компанию, возглавлять этот процесс был поставлен Михаил Шамолин. С тех пор АФК изменила подход к управлению активами, стала более понятной и прозрачной для инвесторов. Последние корпоративные новации «Системы» – обязанность топ-менеджеров инвестировать часть годового дохода в капитал компании и объявление дивидендной политики: минимальная дивидендная доходность акций установлена на уровне 4%. АФК, лишившаяся такого крупного актива, как «Башнефть», строит инвестиционную политику на диверсификации вложений. Ключевой актив – МТС приносит 60% выручки, но доля других портфелей растет. Об идеологии изменений в компании и ее планах Шамолин рассказал «Ведомостям».

АФК «Система» хочет быть более предсказуемой

– Очень трудно сказать, когда переход будет завершен полностью. Международные инвестиционные компании, на которые мы ориентируемся, существуют уже десятки лет – и, конечно, опыта у них гораздо больше. С точки зрения организационного построения и систем мотивации, принципов работы я думаю, что мы процентов на 90 переход осуществили.

Следующий этап для нас как для инвестиционной компании – не только инвестирование своих денег, но и привлечение сторонних средств. Потому что крупные инвестиционные фонды собирают чужие деньги под управление и инвестируют их через механизм private equity. Мы пока первые шаги в этом направлении делаем, создали несколько инвестиционных фондов. Это Sistema Venture Capital – его возглавил Алексей Катков (бывший топ-менеджер Mail.ru Group. – «Ведомости»); фонд в Сингапуре, который инвестирует в индийский рынок; это фонд в Китае, который мы сейчас создаем (совместно с китайской TUS Holding, которая вложит 70% капитала, а АФК – 30%. – «Ведомости»); фонд по инвестициям в европейскую недвижимость – Sistema Capital Partners. Пока суммы там небольшие, но фонды будут развиваться.

А в целом АФК «Система» структурирована как инвестиционная компания: существуют инвестиционные портфели для инвестиций в определенные индустрии; поставлены четкие финансовые параметры, какой возврат мы ожидаем на инвестиции; закреплена ответственность портфельных управляющих за эти инвестиции; чтобы инвестировать максимально эффективно, внедрен многоступенчатый инвестиционный процесс, который рассматривает и анализирует самым тщательным образом те инвестиционные идеи, которые приносят. Вот буквально на днях внедрили программу соинвестирования как еще один шаг, который приближает к лучшей практике инвестиционных компаний в мире.

Рисковать вместе

– Система соинвестирования идеологически делится на две части. Первая часть охватывает руководителей портфелей – людей, которые отвечают за генерацию нового бизнеса, за поиск и осуществление инвестиций. Вторая часть распространяется на руководителей функциональных комплексов и департаментов – это департамент финансов, департамент кадров, юридический департамент, корпоративный департамент, т. е. людей, которые поддерживают функционирование «Системы». Они не вовлечены непосредственно в поиск инвестиционных идей и в управление этими компаниями, но они доминируют в инвестиционном комитете.

«Система» гарантировала дивидендную доходность своих акций от 4% годовых

Руководители портфелей, которые находят проекты, убеждают инвестиционные комитеты и акционеров компании проинвестировать деньги в проект, должны в него инвестировать и свои собственные средства, чтобы разделить риски с акционером. Иначе получается, что человек проект нашел, всех убедил, что проект хороший, но, если он в него сам не инвестирует, он рискует только работой – этот риск несоизмерим с риском для акционера, который рискует практически всем инвестированным капиталом или значимой его частью.

– Это физические деньги. Берется определенный процент от совокупного годового дохода, и портфельный управляющий, если он хочет, чтобы проект, который он принес на инвестиционный комитет, был утвержден, должен взять свои личные деньги и вложить в это приобретение одновременно с «Системой». Портфельному управляющему выдаются акции, т. е. он становится акционером приобретаемого актива.

Наша инвестиционная стратегия в целом с высоким аппетитом к риску, мы хотим получать возвраты на уровне 20–25% годовых. Мы не инвестируем в green field проекты, но тем не менее в основном покупаем активы, находящиеся в стрессовых ситуациях, которые требуют усовершенствования системы управлении и оптимизации бизнес-процессов. За счет нашей экспертизы мы превращаем их в работающие эффективные активы. В этом процессе всегда есть риск, потому что можно купить не тот актив, не по той цене, наши предположения могут не оправдаться. И идея в том, чтобы человек, который приносит проект, какую-то часть своего ежегодного дохода инвестировал вместе с основным акционером.

– Окончательно решение об инвестициях принимается не инвестиционными управляющими, а функциональными директорами, которые относятся ко всем проектам одинаково. Портфельный управляющий относится к тому проекту, который он принес, более субъективно, чем к другим. Руководители функциональных комплексов и департаментов будут обязаны покупать на определенный процент годового дохода акции самой АФК «Система». И мотивация для них заключается в том, что на одну купленную акцию ты получаешь опцион купить по прошествии определенного времени еще какое-то количество акций по той же цене, по которой ты купил первую. Идеология в том, что мы считаем капитализацию компании основным показателем ее эффективности.

– Никак, но кто его нивелирует для главного акционера? Все, кто работает в бизнесе, несут на себе эти риски. Когда принимаешь решение заниматься бизнесом, тем самым принимаешь правила игры.

– Все эти люди участвуют в принятии корпоративных решений, они члены правления, они члены инвестиционного комитета. Руководитель юридической службы, например, в работе с проблемной задолженностью «МТС банка» имеет огромное значение. Я не говорю здесь о каких-то особых методах ведения борьбы. Речь идет о взыскании задолженности через суд, но этим надо заниматься каждый день. Поэтому у каждого своя роль, и вклад каждого в общую копилку корпорации может быть достаточно значительным.

– Сейчас в нашем земельном банке 250 000 га сельскохозяйственных земель. До конца 2017 г. мы планируем увеличить его до 500 000 га. Этот ориентир не означает, что мы готовы любой ценой купить землю просто для того, чтобы довести цифру до магической величины. Мы будем покупать только там, где это имеет экономический смысл. Земля должна окупать себя с точки зрения EBITDA. Покупать хорошего качества земли, которые находятся в собственности в плодородных регионах РФ, – задача непростая. Приобрести хороший актив сейчас непросто даже по рыночной цене. Мы смотрим в первую очередь Краснодарский край, юг Ростовской области, Ставрополье. До девальвации, до контрсанкций 60–70% российского рынка яблок занимали поставки из Польши. Современный яблоневый сад – это высокотехнологичное производство: деревья особых сортов, особым образом привитые; к каждой яблоне подведена вода, которая по специальной компьютерной программе дозируется; измеряются все показатели минерализации, манипулируется солнечная активность, а машина, которая собирает яблоки, – это абсолютный хайтек. При курсе доллара 30 руб. у нас просто не было шансов конкурировать. Сейчас наши яблоневые сады (компании «Сады Кубани») совершенно не уступают польским по уровню технологий и урожайности. Россия за эти два года сделала огромный рывок вперед, у нас уже есть задел для того, чтобы при отмене контрсанкций поляки не смогли нас вытеснить с рынка. Наше молочное хозяйство «Родина» – 8700 голов с удоем на фуражную корову около 11 000 л в год. Это очень высокий показатель, при котором производство молока – очень выгодное дело. Сырое молоко никогда не ввозили в Россию. Везли готовую молочную продукцию, из-за чего молокозаводы не были загружены. Сейчас объем импортной готовой продукции сократился, молокозаводы загрузились и повысился спрос на сырое молоко. Всего на строительство сельскохозяйственного бизнеса, включая первоначальные инвестиции в СП, совместно контролируемое АФК «Система» и членами семьи Louis Dreyfus, – RZ Agro мы потратили 15 млрд руб. Если мы видим активы, которые дадут нам 20% IRR (внутренняя норма доходности), мы будем в них инвестировать, в том числе собственные деньги. Если это 10% IRR, то вряд ли будем покупать. Возможные IPO агробизнеса – вопрос, думаю, двух, максимум трех лет: у стратегических инвесторов есть интерес. Это фонды из ОАЭ, Саудовской Аравии, приезжали китайцы – фонды и компании. Есть ряд квалифицированных инвесторов, которые хотят купить долю сейчас, пока актив находится на ранней стадии развития. Другой вопрос, захотим ли мы его сейчас продавать.

– В программе участвуют только руководители первой линейки, которые напрямую подчиняются президенту АФК. У нас было долгое обсуждение в коллективе, были голоса и «за», и «против», но в конце концов все согласились, что это целесообразно сделать. На самом деле для менеджеров, участвующих в этой программе, есть большой upside, потому что это все-таки возможность заработать. Большинство портфельных управляющих просили дать им возможность проинвестировать в те активы, которые покупала «Система». Но раньше мы не могли это им позволить, поскольку не было соответствующего механизма. Ты не можешь одному человеку разрешить инвестировать в какой-то актив, а другим – нет. И ты не можешь даже разрешить инвестировать только в один актив, не обязав инвестировать в другие, тогда начинается игра в любимчиков: этот проект мне нравится больше всего, сюда я вложу деньги, его я буду развивать, а эти три «не полетели» – и я не буду участвовать.

– Пять портфельных управляющих и шесть функциональных руководителей – 11 человек.