Крым - край русский: Дождливый день в Щелкино (ФОТО)

Было» - вот то слово, которое прилагают ко всем явлениям и событиям горожане Щелкино. «Будет» - это суетятся гости, покупая дачные участки и строя частные пансионаты на крымском Приазовье. А когда я попал в Щелкино, небо было затянуто низкими осенними тучами. «Есть» - только дождь после сезона… Да еще теплая по-летнему вода в Азовском море…

Ровно тридцать лет назад на известняковой перейме, что выносит в морскую синеву круглый мыс Казантип, начали строительство поселка энергетиков. В 1983 ему было присвоено наименование Щелкино – в память выдающегося советского физика-ядерщика, члена-корреспондента АН СССР, трижды Героя Социалистического Труда Кирилла Ивановича Щелкина. Детство и юность создателя советской атомной техники были связаны с Крымом – он учился в средней школе Белогорска, затем закончил Таврический университет.

Рядом строилась Крымская АЭС. Проект предусматривал сооружение двух энергоблоков – миллионников с перспективой дальнейшего увеличения мощности АЭС до четырех миллионов киловатт. Многое в том строительстве было новым и передовым. Например, система охлаждения реактора морской водой. Из пруда-охладителя, в который было превращено Акташское озеро, вода подавалась по трубам из мельхиора. После множества экспериментов оказалось, что только этот сплав самый солеустойчивый. Трубы и коммуникации охладителя были смонтированы и готовы к работе. Как, впрочем, и вся станция – в 1989 на ней собирались устанавливать реактор. Но страх после Чернобыля был вполне осязаем, и именно в том же году советское правительство приняло решение о прекращении строительства Крымской АЭС. Труд пяти тысяч работников и более шестисот миллионов рублей были затрачены без результата…

Город Щелкино, население которого в 1991 году было 16 тысяч человек, быстро стал городом безработных и браконьеров. По последней переписи тут насчитали 12 тысяч, но реально жителей еще меньше – все трудоспособное население, имеющее как правило хорошую квалификацию строителей АЭС, уехало на заработки – в Москву, ЮБК, дальние страны… С приходом моды «на металл» все цветмет-железное демонтировано и вывезено. Например, те же мельхиоровые трубы системы охлаждения в одночасье сняты и вывезены в порты Керчи и Феодосии. Где теперь этот советский мельхиор?

Обо всем этом и еще о многом рассказал мне Анатолий Яковлевич, бывший диспетчер АЭС. Точнее так и не ставший им в полной мере – станцию так и не открыли. Зато поработал Анатолий Яковлевич в Чернобыле и до, и после аварии.

«Реактор, который планировался к использованию на нашей станции – совершенно не чернобыльского типа», - говорит пенсионер-ядерщик. И приводит массу технических подробностей, которые мне просто не запомнить…

Несмотря на дождь, мы сходили на остатки станции. Зрелище удручающее, невольно пришла мысль о гиганте, поверженном и растерзанном карликами. И оказалось, что не весь металл еще вытащили – кран работал, доставая из сумрачного нутра бетонного куба энергоблока трубы и арматуру… Где-то внутри работали резчики, но ни гула горелок, ни визга «болгарок» слышно не было – уж очень толстые стены были на Крымской АЭС…

Потом разговорился я с парой колоритных старичков, играющих в шахматы на скамейке у подъезда девятиэтажки. Оказалось, бывшие бригадиры строителей, причем соревнующихся бригад. Дядя Гриша и дядя Коля – вечно спорящие, болеющие за разные футбольные команды, не уступающие друг другу ни в чем уже двадцать лет. И дружные все эти годы… Пообщавшись с ними, пожалел что нет юмористического таланта Михаила Евдокимова…

Но едины были дяди в одном – выводы комиссий были неоднозначны, а решение закрыть станцию чисто политическое. Хорошо помнят они и независимых итальянцев, чья комиссия установила, что АЭС рассчитана на землетрясения силой в 9 баллов, и еще остается запас прочности.

«Наш бетон с арматурой из спецстали взрывали, крошили отбойными молотками – а ему нипочем», - с гордостью говорит дядь Гриша. А дядя Коля добавляет: «Рассчитано было, что даже если самолет какой или ракета прямо в блок попадет, то ничего не будет для блока…». Что же до землетрясений – выводы геологической комиссии говорили о максимум 4-5 бальном сотрясении земли в районе Казантипа. Кто теперь об этом помнит?

Долго Щелкино пропадало – зимними ветреными днями без света и тепла, летними жаркими – без газа и воды. Сейчас к городу построен газопровод, ведется газификация. Да и с водой проблемы решаются, хотя по графику, но вода есть.

Все более в городе и его окрестностях становится приезжих. Сезон этого лета тоже был хороший – соглашаются торговки на базаре, водители и турагенты. Правда, сразу после 1 сентября быстро схлынули отдыхающие. Зато в кошельках местных жителей прибавилось деньжат. Многие задумываются о расширении своего нехитрого бизнеса – сдачи жилья, продажа всего-всего… Газ и наплыв отдыхающих резко поднял цены на жилье и дачи. Как рассказал Руслан, один из дачников, еще пять лет назад в окрестностях Щелкино дача стоила долларов двести, бери – не хочу… А сейчас – пятнадцать – двадцать тысяч «американских денег»… И берут. Особый интерес в дачном бизнесе у донетчан. Они скупают участки поближе к морю, и строят, строят… «Поговаривают, - делится Руслан, - вон то строят аквапарк. А все машины – с донбасскими номерами, видишь?»

Вышел я на пляж. Русская бухта широкой дугой золотого песка протянулась от Первого мыса, скалистого и интересного своими изваяниями, до Казантипа. Над ней стояли низкие тучи, грозившие дождем. В бухте на волне качался катер пограничной охраны. Людей на пляже было мало, купались единицы. Вода была теплая-теплая, и я уже хотел бросится в объятия Азовского моря, но забарабанил дождь. Едва укрылся в одном из прибрежных кафе и - хлынул ливень. Время было обеднее, но в кафе – ни души, кроме хозяина и хозяйки. Сейдамет и Надя – уже несколько лет на берегу, их заведение с татарской и корейской кухней пользуется успехом у отдыхающих. «Но сейчас уже гости уехали, и давайте вас угощу фирменным пловом, – упрашивает меня Сейдамет. – А еще огурчиков-помидорчиков порежу». Ладно. Плов действительно хорош. Огурчики-помидорчики – как везде. Цены вообще-то - почти южнобережные. Пиво дороже, чем в далекой Лисьей бухте… А что делать, море рядом, пускай даже Азов. У этого моря становится все больше поклонников. И дачи дорожают, и шашлык не дешев. «Но есть – и будет, даже в дождь», - улыбается Сейдамет своей загадочной восточной улыбкой.

Но ливень прошел, тучи стали легче, и усилившийся ветерок быстро начал сгонять их к северу, в море. Засветило солнце, по-азовски пекучее сразу. Преобразились дома Щелкино, как-то радостно затрепетали листья на акациях, вышли из своих укрытий люди. Под вечер и пляж стал многолюднее. Оказалось, еще есть в Щелкино и москвичи, отличные своим неповторимым говорком; слышна украинская речь. От кафе Сейдамета и Нади потянуло дымком и запахом шашлыка…